?

Log in

No account? Create an account
Новости психушек.
все твои аргументы хуйня
Безумная осень.часть 3. 
26th-Nov-2014 09:53 am
очки
Хургада встречала очередями, толпящимися на паспортный контроль и на получение визы.
– Торина Ирина, – толстый араб в стеклянной кабинке еле-еле ворочал языком.
– Да. Да, это я.
Не отрывая взгляда от бумаг, он протянул в окошко документы.
– Возьмите свой паспорт. Проходите.
На улице было тепло и темно.
Несмотря на поздний час, у входа в аэропорт бойко предлагали свои услуги по переносу сумок и тяжестей прилипчивые стаи низкорослых и щуплых арабов.
– Ваши сумки, мадам, ваши сумки.
– Какие у меня сумки? – девушка легко закинула полупустой рюкзак на плечо. – К тому же я не знаю, куда его нести.
Она вглядывалась в толпу, стоящую по эту сторону контроля.
– Вот и моя горящая фирма, – Торина подошла к арабу с табличкой
«Альмавир». Тот молча сунул ей клочок бумаги.
– Машина с номером 77-89, – прочитала она.
Это оказался черный ленд-ровер с запотевшими от кондиционера стеклами. Внутри уже сидели четыре пассажира. Двое мужчин, оказавшиеся напротив, Ирины весело переговаривались.
– Кажется, нашим встречающим запретили говорить, – рыжий сделал глоток коньяка из металлической фляги.
– Это правильно, – хохотнул второй. – Все равно их бормотание трудно понять.
– Как попугайчики – все буквы на месте, а что сказал – сам черт ногу сломит.
С одинаковыми усами, неопределенного возраста, они выглядели клонами, вышедшими с одного конвейера. Один был рыжий, второй – черный.
– Вы запаслись спиртным на их сухой закон? – рыжий обратился к супружеской паре, что сидела позади Ирины.
Крупный мужчина, с огромным животом, который с трудом помещался на его коленях, нелепо смотрелся рядом с миниатюрной женщиной со светлыми тонкими волосами, подстриженными в стиле «каре». Ирина оглянулась и улыбнулась женщине.
– А мы никуда без своей водки и не ездим, – охотно вступила в разговор та. – Как же без своей-то? Вдруг что не так. С отравлением в больнице лежать – себе дороже. Лучше уж привычную, из своего магазина, от проверенного продавца.
– Ну, вы загнули! – захохотал рыжий.
– Да, правда, вам говорю. Вот летом ездили на поезде к куму в Мариуполь. Так 10 бутылок водки с собой возили. Пусть тяжесть, но на поезде, потихонечку и дотащили. А то как же!? Костячок мой и так уже перепахан врачами! Шов от верха до низа – вдоль всего живота. Так еще и водкой отравиться! Этого только не хватало! Да еще и в чужих краях!
Тут уже откровенно засмеялись все.
– Что ж вы к хохлам, да со своей горилкой ездили?! – рыжего как прорвало. – Вот ко мне брат жены приезжал оттуда, так он и горилку в трехлитровой банке свою, и сало в мешковине, тоже домашнее, и купаты самодельные – ну все на самообеспечении! Так я с ним неделю сидел – стакан горилки – шмоток сала с черным хлебом, стакан горилки – шмоток сала с черным хлебом – через неделю себя настоящим казаком почувствовал! С эдаким чубом! С картины Репина «Не ждали».
– Там же вроде декабрист, – неуверенно произнесла женщина.
– И им тоже. «Во глубине сибирских руд»...
– Н-е-е, там народник был, – вопросительно посмотрел на Ирину второй усач.
– Во, во… Кто был ничем, тот вставит всем. Кто я, что я, только лишь мечтатель…или мыслитель? Полное расщепление личности. Питие определяет сознание. Значит, тут водку пить будем?
– Да нет у них водки. Нету! Мусульмане они – не пьют – только курят, и другим прикурить дают.
Разговор был прерван появлением нового пассажира и клиента фирмы «Альмавир». Дверь машины открыла высокая девушка. Волосы были собраны в толстый закрученный хвост. Она подняла свою сумку на колесиках и занесла её внутрь машины. Затем, протолкнула ее в угол, молча сев рядом с Ириной. Вытянула ноги в проход. Высокие шпильки босоножек, состоящих из пары ремешков, заставляли сомневаться – сама ли она только что поднимала тяжелый и большой багаж. Ногти на ногах и руках были накрашены ярко зеленым лаком. Салатовым. Серебряный браслет на ноге чуть постукивал подвешенными на нем фигурками, искусно вырезанными из малахита. Короткая белая юбочка и такая же кофточка больше открывали, чем закрывали.
В машине установилась напряженная тишина.
– Вам не холодно? – нарушил ее черноусый. Он кивнул на обнаженные плечи красотки. – Хотите, попрошу, чтоб выключили кондиционер?
Обладательница браслета молча посмотрела на мужчину. Она умела держать паузу.
– Ничего не скажешь, вы умеете держать паузу. Актриса?
Девушка все так же беззвучно смотрела на усатого.
– Мужики, отстаньте от девушки, – вступил в разговор пузоколенный водкохлеб. – Вам надо было с собой не коньяк, или не только коньяк везти, а кое-что подороже. И пообъемнее... С другими формами. Иль за багаж пожмотились платить?
Дверь еще раз открылась, и показался египетский представитель туристической фирмы. Он был в очках и в руках держал пачку бумаг.
– Так, все собрались. Уезжаем.
Его русский был почти чистым. Во всяком случае, не дальше Абхазии.
Шофер послушно завел мотор, и машина, плавно развернувшись, выехала с вокзальной площади.
– Значит так, – продолжал он, не отрываясь от бумаг. – Распределение по гостиницам. Вы двое, – кивнул он усатым няням, – и вы, – он поднял голову к Ирине. – По горящим путевкам. В одной гостинице. Вы знаете, что ваша гостиница – «Сэнд Бич»? Приготовьтесь, вы выходите первыми. Затем вы. «Гейсум», – он повернулся к девушке на шпильках. – И, наконец, «Голден бич» – ваш отель.
Он посмотрел на супружескую пару. Те одновременно кивнули ему в ответ.
«Сэнд бич» – крохотный отельчик – встретил прибывших полутемным холлом. Никого в холле не было. Да и холла как такого не было. Широкая лестница, какую обычно изображают в сценах дворцового бала – вот все, что говорило о роскоши курорта. Под этой широкой лестницей, в сумраке, находилась стойка рецепшна.
Быстро зарегистрировавшись и получив номер и ключ от него, Ирина поднялась по этой широкой лестнице на второй этаж, где, собственно, и были расположены номера, в ряд, вдоль длинного узкого коридора.
Все выглядело запущенным, пустым и мрачным.
Щелкнув замком, она вошла в крохотный номер. Выкрашенные голубой краской стены и дверцы встроенного шкафа, комод и зеркало над ним. Две кровати стояли рядом, накрытые голубыми, байковыми одеялами.
С удовольствием скинув с себя рюкзак, Ирина положила его на комод и растянулась на кроватях. Прямо в одежде. Было тихо. Внезапно она встряхнула рукой. Рядом по кровати, щекоча и касаясь ее пальцев, полз огромный таракан. Когда-то, давно, в школе, ее одноклассник приносил такого на урок и называл его – мадагаскарским. Девушка в ужасе отпрянула и резко села на кровати. Махнув рукой, она отбросила ползающее чудовище в самый угол комнаты. Он развернулся и быстро снова побежал к кровати. Нагнувшись и схватив кроссовок, Ирина резким движением запустила его в монстра. С тараканом было покончено.
Падение обуви совпало со стуком в дверь. Неохотно подойдя к двери и повернув ключ в замке, она выглянула в коридор. За дверью стоял недавний попутчик. Рыжий.
– Вы даже не спрашиваете – кто это! – он улыбался.
– А вы – это?
– Вдруг это таракан? – он выразительно погладил свои усы.
– Откуда вы знаете? – она вздрогнула, и, оглянувшись, посмотрела на то место, где лежал труп таракана.
– Да я все знаю, как герой Александра Грина.
– Вы что, подбросили мне этого таракана?!
– Эх, молодежь, молодежь. Если бы вы читали Грина, то знали бы, что слова – «я все знаю» – принудительно были вытатуированы у пьяного парня на руке. А он, ни сном, ни духом… Ничего не знал…
– Я только что кого-то убила!
Ирина попыталась пошутить.
– Да, меня, своим незнанием моего любимого писателя, великого Александра Грина, во веки и присно и во веки веков… Аминь…
– Да посмотрите же. Вот.
Она отступила в комнату. Рыжий проследовал за ней.
– Вот, смотрите, полз прямо по моей кровати.
Она подняла кроссовок и показала на пятно останков.
Усатый даже не взглянул на них. Он опустился вдруг на одно колено и, взяв у Ирины ее ботинок, снова протянул его ей.
– Позвольте предложить вам прогулку по вечерней Хургаде. Я уверен, после этого преступления вам не заснуть.
– Засну. Это была самозащита, – она попятилась от него к балкону.
– Ну, как знаете, – он встал и двинулся к двери. – Можете устроить тут молебен по убиенному. Я пойду, пройдусь.
Он уже почти закрыл за собой дверь, когда Ирина кинулась за ним.
– Да, постойте же, я с вами, – она нагнулась, чтобы надеть кроссовок. – Погодите. Второй не найду.
Рыжий стоял по ту сторону порога и улыбался. Она закрыла дверь, положила ключ в карман и обречено зашагала рядом. Коридор по-прежнему был пуст. Они вышли на улицу, так и не встретив никого.
В переулке тоже было совершенно безлюдно, не считая небольшой стайки арабских парней, что с любопытством посмотрели на них.
– Вас проводить? Хотите, мы вас проведем по городу? – дружно заорали они.
– Лучше мы заблудимся и умрем, – пробормотал в усы Рыжий.
Они вышли на оживленную улицу.
– Как хоть вас зовут – то? А то неудобно будет кричать – эй!
– Эй, таракан? Почему неудобно? Сережей меня зовут. Всех людей с такими усами зовут Сережами. А ты – Ирина. Я знаю.
– Откуда?
Ирина внимательно посмотрела на усатого. Он засмеялся.
– Вот только не надо делать умное лицо. Особенно такое. Я просто посмотрел у нашего араба в документах. Раз. Второе. Я слышал, как ты проходила паспортный контроль. Три. Я видел, как в рецепшене заполняли твои анкетные данные. Столько возможностей. Выбирай. Что больше нравится?
Они шли по темным улицам, освещенным то тут, то там вывесками и редкими фонарями. Ветер дул так, что порой невозможно было идти с открытыми глазами. Ирина опустила голову и старалась не поднимать глаз. Но дело было не в силе ветра. Воздух пустыни содержал в себе песчаную взвесь. Песок попадал в легкие, в глаза, забивался под одежду. С каждым порывом песчинки острыми гранями врезался в кожу. Ирина закрыла глаза и остановилась.
– Вот возьми. Очки. Правда, черные. Но хоть глаза откроешь, – он достал из кармана рубашки солнечные очки и протянул девушке.
– Ха-ха! В черных очках вечером! В темноте!
Она надела очки. Привычные к пустыне арабы в своих длинных разноцветных хламидах и тюрбанах с удивлением посматривали на девушку.
– Может мне еще и белую тросточку взять?
– И звонко постукивать ею по мостовой? Да бесполезно. Все равно никто ничего не подаст.
– Такие жадные?
– Да просто нечего. Ты посмотри, куда приехала.
Сергей свернул с центральной улицы в проулок. Пройдя пару шагов, они оказались в трущобах, которые трудно было представить жителям северной страны. Ирина сняла очки. Проулок был завален камнями и мусором. Тут же, в беспорядке, стояли контейнеры для мусора. Горел костер. Жилища трудно было назвать домами. Их вообще трудно было как-то назвать. Полуразвалившиеся постройки, напоминающие гаражи пригородов Москвы 60-х годов, были обитаемы. На проломах, заменяющих окна, висели тряпки, дыры в стенах были кое-как заложены картоном, камнями, и другим подручным материалом. Посреди всего этого разора стоял ослик, прицепленный к двухколесной тележке. То ли женщина, то ли мужчина, в длинной красной хламиде и белой повязке на голове, таскал на нее мешки. Мальчонка в белом сидел на тележке и ждал. Сзади, на краях повозки были подвешены баулы.
– Пойдем в гостиницу. Я правда больше не могу, – Ирина повисла у Сергея на руке.
– Что? Параллельный мир? Нет, пойдем, посмотрим сувениры. А то вдруг времени больше не будет.
Он развернулся и пошел к освещенной улице, к магазинам и лавкам, увлекая девушку за собой.
Первая же лавчонка могла удовлетворить любые запросы по сувенирам.
– А почему ты говоришь, что тут параллельный мир? – девушка стояла у прилавка и безразлично перебирала вещицы.
– Потому что нам, обитателям болотных пространств, трудно представить жизнь в этой сухой песчаной пустыне.
– А тут никто и не живет. Это ж курорт! И потом, снежная пустыня, песчаная пустыня – какая разница?
– А ты представь, как немцы попали в Россию, как в потусторонний мир с однообразным пейзажем на огромной территории – среди болот – леса и поля. Они ж точно свихнулись сразу же.
– Ты сам разговариваешь как свихнувшийся.
Он выбрал синего человечка с огромным стоящим членом, синюю же, лазуритовую кошку и страшную алебастровую тарелку, всю испещренную черными штрихами инеровностями, как будто она тысячи лет пролежала в гробнице Тутанхамона.
– Ты будешь что-нибудь брать?
– Не, на перекрестке миров не отовариваюсь, – Ирина поставила сфинкса на полку, пальцем стерев с его шапочки пыль.
– Тогда я куплю тебе сувенир.
– Да не нужно мне сувенира, они тяжелые.
– Не знаешь, что я предлагаю, а отказываешься.
Расплатившись с лавочником, Сергей потащил ее к выходу. На улице у самой двери стояла кучка арабов. Те же лица, те же хламиды, те же тюрбаны. Они казались один в один такими же, как те, что предлагали проводить их по Хургаде час назад. Ирина попыталась рассмотреть лица.
– Пойдем же, – потянул ее Сергей, – ты что, увидела ожившие тени веков?
– Сереж, откуда у тебя такой язык? Ты говоришь, как черти кто.
– Язык у меня отличный, вот ты не целовалась со мной, а судишь по себе. Сам вырос. Пришли.
– Да, как в прошлый век попала.
Они вошли в ювелирную лавку. Зеркальные стены не мог закрыть даже огромный толстый хозяин. Он недовольно посмотрел на посетителей: пора было закрываться.
– Мы на минуточку. Картуш без надписи дайте мне.
Сергей взял в руки золотую подвеску – изящный овал без надписи, или какого-нибудь изображения на нем.
– Вот, когда ты придумаешь себе новое имя, сможешь написать его внутри.
Он показал на пустое зеркальное пространство внутри кулона.
– И не спорь, я сказал, – он строго посмотрел на Ирину.
– Да, и цепочку, – снова повернулся он к хозяину.
– А почему новое имя? – в черных солнечных очках отразился золотой блеск.
– Потому что, Ира – слишком не египетское. Придумай себе какое-нибудь тайное. Или номер. Типа 007.
Девушка стояла в растерянности, рассматривая картуш, лежащий у нее ладони. Потом подняла руки и застегнула цепочку у себя на шее.
– Вот и умница, а то я уже хотел один возвращаться в гостиницу. Пойдем.
Они вышли на улицу. Перед входом в ювелирный магазин кучковалась стайка арабов. Здесь было больше света, и парней можно было лучше разглядеть. Те же хламиды. Те же лица.
– Послушай, это те же парни, что стояли у нашей гостиницы, когда мы вышли. – Ирина сжала пальцы.
– Для меня они все на одно лицо, как китайцы. Ты их умеешь различать?
Сережа уверено свернул в переулок. В этот раз тут было еще пустыннее и темнее. Вот, наконец, и подъезд. Полутемная лестница, пустынный холл. Они медленно поднимались на второй этаж.
– Тут еще кто-нибудь кроме нас живет?
– Конечно, ну иль завтра приедут. Конец октября. Пойдем, я тебе что-то покажу.
Он взял Ирину за руку и повел в конец коридора. Через темный аппендикс здания и незапертую дверь вышли на крышу отеля. Невысокий барьер по краю, бассейн, лавочки, столики. Море, залитое лунным светом, давало дополнительный свет – отраженный. Сверху был виден пляж соседней гостиницы.
– Красота, да?
– А ты-то откуда знаешь?
– «Я все знаю», Сергей снова повторил свою любимую фразу.
– А я не знаю ничего.
Они стояли у края каменной ограды, облокотившись на нее и рассматривая человека, который пытался уплыть в лунное море на доске с парусом.
– Вот прекрасная иллюстрация «Бегущей по волнам», моего любимого Александра Грина. Что может быть фантастичнее – бежать по ночному морю? Перескакивая с волны на волну…
– Опять ты со своим допотопным Грином.
Сергей опустил руку и сделал попытку обнять Иру за талию.
– Не будем перенастраиваться. Мне и та волна нравилась. И вообще, холодно, и хочется спать.
– Ну, спать, так спать, – охотно согласился он. – Пойдем.
Они спустились по маленькой лестнице, открыли дверь, и снова оказались в сумраке коридора. Подошли к двери ее номера. Ирина повернула ключ в замке, оглянулась на Сергея, улыбнулась ему, и, ни слова не говоря, захлопнула дверь.
В номере было тихо.
Остатки таракана все так же темнели на полу. Она стерла их кусочком туалетной бумаги. Бачок в туалете не работал. Спускать воду нужно было рукой. Ирина стянула с себя джинсы, куртку, и пошла в душ. Ледяная вода брызнула на ее запыленное тело. Чтобы хоть немного согреться, она умылась горячей водой в раковине. Кондиционера в номере не было.
Закутавшись с головой в полотенце, девушка стала разбирать постель. Она сняла покрывало, потрясла одеяло, подняла простыню. Все было чисто. Тараканов больше не было.
Внезапно, в подушке что-то звякнуло. Она прощупала наволочку: в уголке был какой-то твердый предмет. Боясь снова встретиться с мадагаскарскими монстрами, она вытряхнула из наволочки все что там было, вместе с подушкой. На простыню, тихо звякнув, упал маленький серебряный браслет. Его украшали необычные подвески – искусно вырезанные малахитовые фигурки. Девушка взяла браслет и, не думая, застегнула его у себя на запястье.
– Да, изящно смотрится.
Она внимательно посмотрела на браслет. Одной малахитовой фигурки не хватало. Маленькое серебряное колечко, на котором она крепилась, болталось пустым. И лишь зеленый сколок малахита напоминал о пропавшей фигурке.
– А ведь я сегодня такой уже видела.
Она закрыла глаза. Молчаливая красавица с высоким хвостом и шпильками появилась перед ее взором. Ее бесконечные ноги и малахитовый браслет – это было последнее, что мелькнуло в ее засыпающем сознании.
This page was loaded Apr 18th 2019, 3:38 pm GMT.